Софья Ролдугина
Ключ от всех дверей

   Старики в одной деревне решили поделиться с внуками мудростью. Созвали молодежь и стали рассказывать: 
   "Помните, дети, - вещал тот из них, кто всю жизнь провоевал. - Много у вас на пути преград будет, много крепостных стен, но сдаваться нельзя. Всякую дверь откроют упорство и сила". 
   "Это для тех, кого духи разумом обделили, - посмеивался тот, кто торговал. - Я же скажу вот что: много мне довелось поездить по городам и селам, и часто меня гнали, но любую дверь открывают хитрость и лестное слово". 
   "Любую дверь открывает знание", - уверенно возразил старый колдун. 
   "Талант, только талант", - покачал седой головой бард. 
   "Власть", - твердо ответил староста. 
   А малявки на сходке заскучали... Еще бы - в душной избе, в темной - только свечи и горят. 
   Не стали детки терпеть - прошмыгнули, будто мышки, на улицу. 
   Дверь-то открыта была. 
   
Глава первая,
в которой шут Ее Величества совершает героический поступок, 
а также обучает Мило премудростям ремесла. 
   
   Одиночество не может длиться слишком долго. Год, два, а потом ты либо привыкаешь, либо тихо сходишь с ума. Это аксиома. 
   Я так и не привыкла. 
   Конечно, на первых порах помешательство было незаметным, необременительным. Оно начиналось с мелочей. Рассеянность, отстраненность, безразличие к деталям... Подумаешь - надела разные чулки. Под платьем все равно никто не видит. И расчесываться каждый день вовсе не обязательно, ведь некому оценить усилия. Разговаривать с собой вслух... А почему бы и нет? Кто осудит? Это было даже удобно - плевать на всех, не чувствовать ничего, кроме боли, ставшей уже глухой и привычной... Так продолжалось, пока однажды я не заглянула в зеркало - и ужаснулась. 
   Ах, разумеется, я пыталась бороться с подступающим безумием, с онемением души. Цеплялась за каждый всплеск эмоций, как утопающий за соломину. Если смеялась - то до колик, до спазмов в груди и сведенных судорогой губ. Если злилась - то с криком, до сорванного горла, до разноцветных пятен в глазах, топая ногами и колотя хрусталь. Если плакала... 
   Впрочем, нет. Чего тогда не было, так это слез. 
   У меня появились новые ритуалы. Я заплетала волосы в сотню тонких косичек - не потому, что мне нравилась такая прическа, просто она отнимала достаточно много времени и не требовала посторонней помощи. Наносила на лицо краску - нарочито яркую, броскую. Сегодня - черные губы, назавтра - белые ресницы, а через неделю - могло мне прийти в голову нарисовать золотой и алой тушью перо на виске, занавесив вторую половину лица неровно отстриженными прядями. 
   Еще смешнее, еще необычнее - лишь бы они не просто смотрели на меня, а видели. 
   Спустя некоторое время я начала замечать взгляды. Разные - от осуждающих и сочувственных до завистливых и восхищенных. Но безразлично отвернуться не мог уже никто. 
   Я ликовала. Не одна! 
   А потом однажды в спину, как плевок, долетело брезгливое - "сумасшедшая". И почему-то это наполнило меня гордостью. И злостью. Что ж, хотите увидеть одержимую - пожалуйста. Получайте, с печатью и вензелем королевского дома. Я украсила косички бубенцами, сожгла ненавистные юбки. Моей излюбленной одеждой стали бриджи и чулки до колен - теперь уже намеренно разные. Белые блузы с пышными воротниками, жилеты, разноцветные пояса и шейные платки - что ж, теперь меня не спутают с добропорядочной горожанкой. Долгих пять лет общество милосердно терпело мои возмутительные костюмы, смех не ко времени, безрассудные выходки и жестокие розыгрыши. А потом меня просто перестали приглашать в свет. Нет, никто не высказывал осуждения открыто - Хранительница ключа, как-никак! - но постные лица, но опасливые шепотки... Я стала затворницей в собственном имении. 
   А еще через год из королевского дворца пришла бумага, украшенная теми самыми печатями и вензелями. Меня приглашали ко двору и "жаловали" званием шута... и еще кое-каким титулом, о котором простому люду знать было необязательно. 
   Так я стала одной из карт в раскладе Дома Камней и Снов. 
   
   - Госпожа! Госпожа, просыпайтесь, прошу вас. Ее Величество настаивает на вашем присутствии во время беседы с послами Дома Раковин и Песка. 
   Голос был мальчишеский, звонкий, а тон - просительный, опасливый и самую чуточку восхищенный. Иногда проскальзывали в нем покровительственные нотки. Как же, что бы делала госпожа без помощи этого... этого... гм. 
   К слову, знакомьтесь. Мило Авантюрин, мой, страшно сказать, ученик. Так, впрочем, только говорят придворные. На деле же милый мой Мило - нянька, комендант и прислуга в одном лице. 
   - А госпожа настаивает на спокойном сне - по меньшей мере, до полудня, Мило, - ядовито откликнулась я, не открывая глаз. Хорошо быть знатного рода - и самый дурной нрав простят, коли предки у тебя не простые. 
   - Так время уже к закату, - вкрадчиво заметил мальчик, раздвигая шторы. Даже сквозь веки я ощутила ало-золотой солнечный жар. 
   Кончается день - начинается жизнь. Во дворце это так. 
   - И когда же ожидается прибытие послов? 
   - Через час, госпожа Опал. 
   - Что?! Не мог разбудить хозяйку раньше, лентяй? 
   Меня подкинуло на кровати. Одеяло отлетело, как пушинка. Тяжелая, набитая ароматными травами подушка врезалась в стену на ладонь выше головы ученика. Мимо, увы... Старею. 
   Мило невозмутимо наклонился, подбирая "смертоносный снаряд". 
   - Госпожа изволит вставать? 
   - Изволит, изволит. 
   - Подать завтрак в спальню или в кабинет? 
   - Никакого завтрака, Мило, - проказливо усмехнулась я, поднимаясь и потягиваясь. - Запомни, розыгрыши тогда будут злее и язвительнее, когда шут голоден и крепко не выспался 
   - Запомню, госпожа, - серьезно кивнул ученик, накидывая на мои плечи фланелевое покрывало. Я благодарно потрепала мальчишку по светлым вихрам хоть для этого мне и пришлось встать на цыпочки, и, зевая, отправилась в купальню. 
   Горячая, исходящая паром, непрозрачная вода темно-синего цвета восхитительно пахла ландышами. То, что нужно, чтобы прийти в себя. Я села на дно бассейна, притянув колени к подбородку, а потом откинула голову на край. Тяжелый резной ключ на цепочке никак не хотел теплеть и куском льда льнул к разогретой коже. Впрочем, от этого холода не спасали даже корсеты, в те времена, когда я их носила... Спустя положенные по этикету пять минут дверь застенчиво скрипнула. Звякнули о камень пола стеклянные флаконы и шкатулка из черненого серебра. Прохладные пальцы осторожно оттянули мои волосы. 
   Шею обдало сквозняком. Я поежилась, сползая в воду почти до подбородка. Мальчишка что-то недовольно проворчал, осторожно разделяя непослушные пряди щеткой. 
   - Разбудишь меня, когда закончишь, Мило, - я смежила веки. 
   - Да, госпожа. 
   Разумеется, спать я не собиралась. Просто мне необходимо было обдумать предстоящую встречу с послами, вспомнить все, что известно о Доме Раковин и Песка... А еще, когда притворяешься задремавшей, гораздо меньше вероятность, что раскроется постыдная тайна: королевский шут, первейшая язва двора, наводящая страх на высший свет, девятая в раскладе и шестая в совете, Хранительница ключа и просто уважаемая дама Лале Опал... стесняется слуг. 
   Позор на мои седины. Видимо, плебейские замашки не изжить и за две сотни лет. 
   - Две сотни и девять лет, госпожа, - педантично поправил бессовестный ученик. 
   - Нахал. Не будет у тебя возлюбленной, пока не отучишься напоминать даме о ее возрасте или о постылом муже. 
   - Госпожа изволила говорить вслух. 
     И эту привычку, увы, не искоренить. 
     Впрочем, не столь важно. Верность Мило сомнению не подлежала, а потому я могла быть уверена, что ни единое слово не покинет пределов этой комнаты. А коли так - почему бы не позволить себе стать ненадолго собою и не задуматься о деле? 
   Дом Раковин и Песка... Что же я знаю о нем? Небольшое королевство с обычным для этих мест правящим триумвиратом - монарх, совет и ратная служба. Расположено на побережье, в заливе, богатом жемчужницами и рыбой разных видов. Граничит с четырьмя Домами, и с одним из них, Домом Волн и Парусов, обменивается чаще ударами, нежели реверансами. С тремя оставшимися успешно торгует - перлами, дарами моря, пурпурной краской и редкими алхимическими компонентами. Чтобы добраться до побережья из нашей благословенной столицы, придется преодолеть таможенные заставы еще двух государств... Словом, это весьма отдаленное, мирное и едва ли имеющее политический вес королевство. Если бы не экспорт пурпура и кое-каких ценных ингредиентов, то вряд ли бы кто-нибудь вспомнил, что оно вообще существует. 
   Вроде бы все. Или... 
   Ах, да. Недавно там ушла в прошлое очередная правящая династия. Сменилась она мирно - последний король почил, не оставив наследника, и на престол возвели одного из юных родственников его покойной супруги, обладающего достаточной силой, чтобы стать первым в раскладе. 
   Гм. Что может заставить монарха, едва приступившего к обязанностям, отправить посольство в весьма влиятельную и воинственную страну, находящуюся на значительном расстоянии от его собственных границ? 
   - Как ты думаешь, Мило, почему Дом Раковин и Песка решил наладить дипломатические отношения с нашим двором? - озвучила я вопрос. 
   Руки, заплетающие косичку, на мгновение замерли. 
   - Не знаю, госпожа, - ровно отозвался мальчик. - Могу ли я услышать ваше мнение? - спросил он с предупредительностью, слишком подчеркнутой для естественной. 
   - А куда ты денешься, - хмыкнула я, открывая глаза. Волосы уже были вымыты, высушены, а прическа - почти закончена. Оставалось только закрепить на концах полутора сотен тонких косичек звонкие медные бубенцы. 
   Всего полчаса прошло. Мило становится настоящим умельцем. Интересно, а справился бы он с этой задачей, не прибегая к волшебству? 
   - Мое мнение, мальчик, что у побережников на носу война. 
   Звяк, звяк, звяк - волшебство разбросало бубенчики по местам. Я поморщилась. Несколько прядей дернуло слишком сильно. 
   - Простите, наставница, - повинился Мило. - А почему именно война? 
   - Не знаю даже, - вылезать из воды не хотелось, но время уже поджимало. А опаздывать, разочаровывая Ее Величество, было бы весьма недальновидно - увы, характером она пошла не в мать, а в отца. - Посуди сам. Государство слабое, а сейчас ослаблено еще больше из-за смены династии. Один постоянный конфликт имеется. Армии, напротив, нет. Наш Дом же славится своими мечниками и стрелками, а также Башней, где обучают седые старцы юношей тайнам волшебства... 
   - Но слава наша не громче, чем у Дома Осени, - возразил мальчик, укутывая меня полотенцем. - А у них даже есть общие границы с побережниками. Почему тогда дипломатов послали к нам? 
   - Потому и послали, что у нас совместных границ нет, глупый. Дабы мы не воспользовались оказией и не присоединили к своим землям лакомый кусочек... "Дополнительная гарантия", вот как это зовется среди людей образованных. К тому же Осенние в давней дружбе с Парусами и Волнами, пусть и неофициально. А с нами - в столь же давней вражде. Интересы пересекаются, сталкиваются... Мило, чулки одинаковые. 
   - Зато восхитительно полосатые, - улыбнулся лукаво ученик. - Уверяю, это будет выглядеть смешно, госпожа. В нынешнем сезоне в моде цветочные узоры, так что вряд ли кто-то наденет такие же чулки, как у вас. Ох, вы столько знаете о политике... Я многое понял только сейчас. 
   - Плохо, что так поздно, - вздохнула я, застегивая ботинки. Конечно, одевать хозяйку - забота слуги, но мне легче самой справиться. - Шут обязан разбираться и в мировой политике, и в семейных неурядицах самого распоследнего аристократа в стране, не говоря уже о чаяниях простых горожан. Как иначе он сможет делать свою работу? Выходки должны быть смешными, злободневными, остроумными, своевременными и не выходящими за границы дозволенного. А без высокой степени осведомленности от природного чувства юмора мало толку. Еще стравишь по неопытности два государства... Придворному дураку, конечно, многое прощают, но рисковать не стоит. Голова-то одна... 
   Мальчик кивнул и задумчиво сощурился. Когда его мысли занимало что-то по-настоящему интересное, эти глаза принимали совершенно невероятный оттенок. Темно-карие, в фиолетовый отлив, с россыпью колючих золотых искр - словно драгоценный авантюрин на солнце. Именно из-за этого волшебного, фантастического взгляда я и выручила некогда Мило из неприятностей, в которые он вляпался по неопытности. 
   Давно это было... Десять, двадцать лет назад? Уже и не помню. 
   Кисточка порхала от одной баночки к другой, не забывая ластиться к коже, все еще румяной после горячей купальни. Шут - это не придворная модница, которая за румянами и белилами прячет следы бессонной ночи. Нет, для нашего брата расцветить себе лицо - все равно, что королю венец надеть. 
   Обведенные медной краской глаза, прозрачные "капельки" на ресницах, хрустальная "слеза" на левой скуле... Я придирчиво оглядела результат в зеркале и осталась довольна. Черно-белые полосатые чулки, ботинки с огромными пряжками, серые атласные банты под коленями, удерживающие штанины, жилет цвета сажи с серебряным шитьем и пепельная рубашка с высоким горлом - то, что надо. 
   - Гм, наставница... Время, - ненавязчиво кашлянул мальчик. Я недовольно тряхнула головой, пробуя звон бубенцов на вкус. Безупречно. А вот горе-ученичок... Мои пальцы быстро распустили бант на коленке. Если закрутить ленту помудренее и приколоть ему на воротник - вполне сойдет. А еще - добавить руну "печаль" на виске алой краской... Вот так. Надо бы ему уши проколоть, а то позор - мальчику четвертый десяток пошел, а все как ребенок, ни единого украшения. 
   - Знаю, Мило, - я отступила на шаг, любуясь результатом. Ну вот, так ты уже больше похож на шута. - Идем. Как раз успеваем. 
   - Но до зала приемов идти не меньше четверти часа! 
   Я выпростала из-под рубашки цепочку и подкинула ключ на ладони. Тяжесть приятно оттягивала руку. 
   - Ты же помнишь, Мило, я всегда знаю короткую дорогу. 
   Узорчатый металл легко вошел в скважину, будто был создан для нее. Вход в купальню, или перегородка кареты, или просто стенной шкаф - не важно, что за дверью, которую мне вздумалось открыть. Я всегда попадаю именно туда, куда надо. 
   Это мой дар и моя ноша. 
    Я - Лале Опал, советник Ее Величества, королевский шут и Хранитель ключа от всех дверей. 
   
   -...с величайшим к Вам почтением вручаю эти верительные грамоты от государя нашего Ларры Ночного Бриза! 
   Как замечательно, что за троном есть потайная дверца! Можно не спеша высунуть нос, оглядеться, просчитать ситуацию... 
   - Почему так долго, Лале? - Ее Величество кокетливо прикрыла губы веером, улыбаясь послу глазами. Слова, произнесенные шипящим шепотом, даже мне нелегко было расслышать. - Церемония подходит к концу. Или ты не собираешься исполнять свои обязанности? 
   О, этот тон... Иногда манерой поведения она сильно напоминала своего отца - и не с лучшей стороны. Впрочем, пора начинать представление. 
   - Ах, не рассказать ли мне байку? - радостно пропела я, выкатываясь колесом из-за трона. Тихо, скороговоркой, королеве: - Ваше Величество, каких пор вы именно это подразумеваете под моими обязанностями? А как же служба безопасности? Ведь я - только шут... - громко и весело, послам: - Ба, да у нас гости! О, моя госпожа! Почему вы хранили это в тайне? Я бы хоть подготовилась... - удрученно. - А так даже ленту свою не отыскала... Вы ее не видели? - я вытянула вверх ногу, демонстрируя хлопающую штанину. Взгляды послов метнулись сначала к моим чулкам, потом к банту под коленкой, потом - к серой ленте, ярко выделяющейся на фоне алого камзола Мило. Вежливо-каменное выражение не сходило с лиц. Пф! 
   -Опал, как смеешь ты врываться во время приема! - гневно выпрямилась на троне королева. Надо сказать, что это выглядело весьма внушительно. Все-таки росту в ней почти два метра... - Лале, я не могу отдать приказ обыскать послов. Это будет дипломатический скандал, - еле заметно шевельнулись губы. - Да и когда была ты простым шутом? При моей прабабке? 
   Я пала ниц, расстилаясь на каменных плитках. 
   - О, простите свою ничтожную слугу, моя леди! - в моем голосе появился надрыв, словно у брошенной супруги из старинного спектакля. - Но мне так хотелось посмотреть на гостей! Прошу вас, не гневайтесь! 
   Обучиться умению сыграть любую роль, от потешной и до трагической, вызывающей неподдельное сочувствие, отнюдь не сложно. Нашлось бы время. У меня его было предостаточно. Даже многоопытных дипломатов проняло... По меньшей мере один из них смотрел с состраданием. Совсем еще мальчишка, наверное, первая его миссия... На фоне остальных застывших истуканами послов он выглядел потрясающе искренним и живым. 
   Гм... А дипломат ли он вообще? Больше похож на провинциального аристократа, впервые попавшего в свет. Надо бы взглянуть при случае поближе... 
   - Ах, Лале, Лале, - "смягчилась" Ее Величество, скрывая веером довольную улыбку. Что ж, такие грубые представления, вроде того, что я разыграла сейчас, были как раз в ее вкусе. - Прошу простить меня, господа, - она, извиняясь, улыбнулась дипломатам. - Леди Опал служила еще моему прадеду, поэтому ей дозволяется чуть больше, нежели остальным подданным. Она бывает порою не в себе - годы были жестоки к ней... К тому же бремя, которое она несет... 
   Я тем временем уже уютно устроилась на ступеньках, ведущих к трону, поджав под себя ноги и нацепив на лицо счастливую слабоумную улыбку. Ключ на цепочке застенчиво поблескивал на угольно-черном атласе жилета. 
   - Как вам угодно, - отвесил учтивый поклон глава миссии, пожилой мужчина в пышном парике, украшенном жемчугом. - Если вы доверяете госпоже... Лале... то и нам не остается ничего иного, как последовать вашему примеру. 
   - Доверяю, как себе, - вежливо улыбнулась та, что носила имя Тирле Обманчивый Сон. Моих ушей коснулся тишайший шепот: - Действуй, Лале... - и громкое: - Итак, Опал, можешь остаться, но не слишком докучай господам посланникам. 
   - О, моя королева! Вы - самая великодушная королева из всех, что я знала, а поверьте, мне есть с чем сравнивать! - патетически воскликнула я, вновь падая ниц. - А... можно на них поближе посмотреть? О, прошу вас! - мои глаза увлажнились. 
   - Да, Лале, конечно, - благожелательно ответила Тирле - и быстро переглянулась с дипломатами. 
   Те наверняка были недовольны - как же, нарушение протокола! - но промолчали, не подав и виду. Во-первых, как я и говорила, дуракам прощается многое... А во-вторых, побережники все-таки крайне нуждались в нашей помощи, раз терпели подобное обращение. И грех этим не воспользоваться. 
   - Как интересно... - пробормотала я, широко распахнув глаза. В подобные минуты становилось жаль, что провидение наделило меня темно-серыми, почти черными глазами - сложно с такими сыграть наивность. Густые трогательно-рыжие ресницы частично возмещали это, как и невинный завиток, падающий на лоб, но общее впечатление все равно было тяжелым, опасным: по-лисьи острые черты лица, порывистые жесты пораженной безумием, млечно-белая кожа. Из-за маленького роста меня часто путали с ребенком, особенно в последнее время, когда трон заполучила Тирле Обманчивый Сон. 
   Нынешняя королева была очень стройной, высокой женщиной, пожалуй, даже красивой, если не принимать в расчет слишком большую голову и скверную привычку поджимать губы, складывая их в тонкую линию. С воцарением Тирле в моду стремительно вошли туфли на высоких каблуках и объемные короткие прически. Я не собиралась меняться, подстраиваясь под временные течения - сколько их уже было на моем веку, а сколько еще будет! Но, появляясь в свете, начинала чувствовать себя нелепой среди рослых дам с пышно взбитыми волосами. 
   Впрочем, на то и шут, чтобы смешить господ придворных. 
   - Сколько камешков! - мой восхищенный шепот шорохом осенних листьев разлетелся по залу. Королева небрежно взмахнула веером, не прерывая ответную речь, давая понять, что на меня не стоит обращать внимания. 
   Я обходила послов по широкой дуге, Мило уныло тащился следом, не забывая вполголоса причитать "Осторожней, хозяйка! Не споткнитесь, хозяйка! Не надо грызть ключ, хозяйка, возьмите леденец!". Отыскать взглядом спрятанное оружие - не такой уж большой труд, если вы обладаете богатым опытом. У меня не было недостатка в практике, да и в отличие от профессиональных соглядатаев королевы я могла незаметно обыскать подозрительную персону под предлогом осмотра прекрасных жемчужных украшений. Никто не высказал бы неудовольствия - с безумной что возьмешь? 
   Разумеется, у всех членов миссии обнаружились запрещенные предметы: острая шпилька в волосах самого посла, кинжал в сапоге мальчишки, пара лезвий в складках одежд леди-секретаря и целый арсенал у негласных телохранителей, также нацепивших на себя придворное платье... Но ничего, выходящего за рамки. Вряд ли королеве грозит опасность, ведь от метательного оружия и попыток прорваться к высочайшей особе по ступеням пьедестала защищает ее древнее волшебство дворца. Так что вся эта горка железа должна была, скорее, успокоить самих дипломатов, подарив им ложное ощущение безопасности. Шалости ради, а также чтобы преподать Мило очередной урок, я переложила кинжал паренька из одного сапога в другой и подбросила в карман послу свернутую в клубок удавку телохранителя, а потом знаками велела вернуть все на место. К чести юного Авантюрина, он почти справился, мне пришлось вмешаться лишь раз, когда один из дипломатов не ко времени обернулся... Но обошлось. 
   Напоследок я еще раз окинула всю миссию взглядом - не притаился ли где коварный убийца. И только собралась доложить королеве, что приказ исполнен, как Мило дернул меня за одну из косичек, подавая условный сигнал. 
   Девица, которую я посчитала секретарем, незаметно поднесла руку к волосам, а когда опустила ее, в кулаке уже было что-то зажато. Будто бы дурачась, я кувырком подобралась поближе и замерла на полу в очевидно неудобной позе, якобы разглядывая туфли одного из дипломатов. Мило, притворно ругаясь громким шепотом, заходил с другой стороны, чтобы подстраховать меня. 
   Подозрительная леди незаметно огляделась. К счастью, на нас она практически не обращала внимания... жестокая ошибка. Сейчас я была уверена, что женщина что-то замышляет. О, да, она великолепно владела лицом и телом, но это напряжение в глазах, и запах... Запах затаенного в глубине сердца страха, профессиональной уверенности и терпеливого ожидания. Так пахнут наемные убийцы. Но неужели она нацелилась на королеву? Невозможно. Да и Мило стоит у нее на дороге, закрывая траекторию. Кто же тогда... 
   Кисть незаметно шевельнулась, будто взбалтывая что-то. В голове тут же вспыхнула картинка из далекого прошлого, когда мой наставник и спаситель рассказывал об обычаях западных царств. Неловкое на первый взгляд положение руки сразу обрело смысл... И я увидела жертву. 
   Мальчишка-дипломат! Да кто же он?! 
   Время привычно замедлилось. 
   Я отчетливо увидела, как расширяются зрачки убийцы, как слегка напрягаются мышцы, как начинают сжиматься пальцы... Решение пришло мгновенно. Черно-рыжей молнией я сорвалась с места с восторженным визгом "Ах, Мило, там бусинка упала!" и метнулась между леди и ее жертвой. Что-то несильно укололо бедро, и почти сразу же в этом месте разлилось онемение, сменившееся навязчивым жжением - яд, и довольно быстрого действия. Ключ мгновенно нагрелся, пораженную ногу свела судорога... Я запнулась, почти упала, но Авантюрин успел вовремя, подхватив меня под руки. 
   Место укола в последний раз обожгло болью и все закончилось. 
   - Госпожа, все в порядке? - в его голосе была настоящая тревога. Почти повисая на ученике, я незаметно провела рукой вдоль бедра, убирая иголку в кулак, а затем - в потайной карман. Позднее разберусь. Быстро сложила пальцы, подавая знак Ее Величеству, светло улыбнулась и только после этого ответила: 
   - Да, Мило, все хорошо. Я такая неловкая... 
   Тирле поняла все правильно. Краем глаза я заметила, как зашевелились за потайными панелями и фальшивыми картинами подчиненные Тайной канцелярии. Теперь можно и успокоиться. Больше с леди-секретаря глаз не спустят. Осталось выяснить: что это за мальчишка такой, что его пытаются убить с огромным риском для исполнителя, но непременно так, чтобы подставить наш Дом? 
   Впрочем, у меня есть уже предположение... И еще, чуть не забыла, надо потом поблагодарить Мило. На диво способный мальчик! И удачливый, что еще важнее. 
   - Бусинка потерялась... - я готова была "захныкать". Авантюрин с почтением поставил меня на ноги, оправил задравшийся жилет, подтянул бант под коленкой, а затем протянул раскрытую ладонь. 
   - Возьмите, госпожа. Это не бусина, это жемчуг, или перл. Наверно, гости вам его теперь подарят, раз вы его нашли... 
   Я притворно ахнула, разглядывая подарок. А в голове меж тем вертелась одна мысль: где-то уже эта жемчужина мне встречалась... Неужели?.. Взгляд метнулся сначала к "бусине", потом к прическе посла. 
   Так и есть! Шпилька-то теперь простая... 
   Ну и Мило! Ну и шельма! Я счастливо расхохоталась, запрокинув голову, и выставила на всеобщее обозрение жемчужину во вскинутой вверх руке. И когда этот хитрюга успел вытащить "оружие" дипломата из прически, выломать камень и вставить шпильку обратно, не потревожив человека, да еще и так, что и я не заметила? 
   Нет, Мило определенно достоин награды! 
   - Полагаю, мы можем позволить себе такой подарок, - неожиданно произнес тот, кого я приняла за одного из телохранителей. Рослый седой мужчина, подтянутый, с манерами потомственного аристократа - о, такую осанку сложно вытравить, даже если притворяешься воякой. Неужели этот мужчина и есть истинный глава миссии? - И дальше продолжить разговор в более узком кругу. А ты, Мариша, допустила ошибку. Можешь передать своим хозяевам, что они зря загубили столь ценного человека. 
   Леди-секретарь низко опустила голову. Потом вдруг начала заваливаться набок, бескостно, словно мешок с фруктовым желе. Тут же встрепенулась охрана, засуетилась Тайная канцелярия, кто-то позвал лекаря... Лишь королева, лидер побережников да мы с Мило сохраняли спокойствие, ибо знали, как быстро действует западная отрава... Вряд ли девицу еще можно было спасти. 
   Тело унесли, слуг разогнали, а "канцеляристы" исчезли с глаз долой незаметно и без всяческих указаний. В зале остались только Ее Величество да делегация из Дома Раковин и Песка, глава которой, отбросив маску охранника, вышел вперед и теперь недовольно посматривал на Авантюрина и меня. 
   - Ваше Величество... При всем уважении, речь сейчас пойдет о действительно важных предметах. Не стоит ли удалить посторонних из зала? Или, - он, очевидно, вспомнил, как я заслонила мальчишку собой, - это все же тайные агенты? 
   Такое предположение меня возмутило. Ах, какой догадливый! Да, я Хранитель ключа, и еще порой меня призывают как советницу Ее Величества по особо важным вопросам или шпионку, но для всех остальных в первую очередь... 
   - Шут? - я распахнула глаза. Что ж, поиграем... - Всего лишь шут? О, нет, и нет, и нет! Ведь королевских я кровей - вот мой большой секрет! Еще волшебница, еще - шпионка хоть куда... 
   - Еще вы склонны помечтать, хозяйка, иногда, - лукаво улыбнулся Мило, сгребая меня в охапку. - Простите, Ваше Величество, сегодня госпожа Лале в ударе. 
   Тирле прикрыла губы веером, скрывая усмешку. 
   - Ах, оно и к лучшему... Дорогая Лале, кажется, наши гости недоверчивы. Сделай милость, рассмеши их, пусть убедятся! 
   Я ужом вывернулась из цепких объятий Мило и вновь прошлась на руках, звеня колокольцами. 
   - Что-то никакие шутки в голову не приходят, - пожаловалась я королеве. - Разве что спеть песенку... 
   Послы недоуменно переглядывались. Суматоха посбила с них спесь, и теперь им было сложно вернуться к прежнему чурбанному состоянию. "Она вправду собирается выступать?" - шепнул мальчик своему соседу-телохранителю. 
   О, они сомневаются? В моем мастерстве? 
   - Мило, доставай флейту. Я буду петь! 
   Ученик с достоинством поклонился и выудил из рукава инструмент. Я наконец-то приняла нормальное положение, ступив ногами на твердую землю. 
   - Пой, Лале! - усмехнулась королева. И добавила тихо, только для меня: - Сорви маски... 
   Дипломаты застыли в ожидании. С чего бы начать? Эх, начну, пожалуй, с начала! 
   - Здравствуйте, здравствуйте все! 
   Я шут моей королевы, 
   Стою здесь во всей красе... 
   Теперь обернитесь налево - 
   Вот Мило, он мой ученик, 
   Задира, нахал и шутник, 
   Зову его Авантюрином... 
     Он вымахал слишком длинным, 
   Иль я на рост коротка? 
   Но все ж на меня свысока 
   Смотреть не советую вам! 
   Прислушайтесь лучше к словам, - я сделала "колесо", подскакивая поближе к дипломатам. Те напряженно подались назад - одновременно, будто актеры в спектакле. 
   - Я - шут, я смешная, честно, - продолжала я нести околесицу, без складу, без ладу. - И глядеть на меня интересно! 
   Ах, вперед меня летит слава... 
   А теперь посмотрите направо: 
   Там стоит господин дипломат, 
   Облаченный в чужой наряд. 
   Притворяться он любит неглавным. 
   И, поверьте мне, это забавно! 
   Даже я не могла понять сходу - 
   За чужую он взялся работу... 
   А все, чтобы с толку нас сбить, 
   Заговорщика определить, 
   Короля своего защитить... - я обличительно ткнула пальцем в мальчишку. Тот испуганно отшатнулся, но быстро взял себя в руки и гневно сверкнул глазами. Охрана - настоящая охрана! - мгновенно придвинулась к нему, вытаскивая оружие. Я картинно пала на колени, тараторя бойко, как рыночная торговка: 
   - Попрошу вас меня не бить, 
   А, напротив, с душой любить, 
   Мою жизнь сгоряча не губить - 
   Ох, опасно бывает шутить! - 
   С этими словами я расстелилась перед послами по каменному полу в глубоком поклоне. Бубенчики глухо звякнули о плиты, финально взвизгнула флейта в руках Мило и воцарилась напряженная тишина. А спустя мгновение ее хриплым карканьем разбил смех королевы Тирле. 
   - Ах, Лале, мастерица, позабавила, - выдохнула она чуть погодя, утирая слезы. - Пожалую тебя орденом. 
   - Да нужен мне он, и так весь шкаф забит, - чуть слышно буркнула я, поднимаясь с колен. 
   - Что ты сказала? - брови королевы сурово сдвинулись. 
   - Что буду ужасно благодарна, Ваше Величество, - присела я в реверансе. 
   Со стороны делегации послышался смешок. Мальчишка... нет, похоже, все же король, уже отошел от первого потрясения и теперь улыбался - очень по-взрослому. 
   - Вы и вправду знаете толк в хорошей шутке, госпожа Лале, - величественно кивнул он мне. И как я могла принять его за паренька на побегушках? Ума не приложу. - Благодарю вас за прекрасное представление... и спасение моей жизни. 
   - Прими благодарности и от меня, Опал, - согласилась королева. - А теперь - ты свободна. Мы же с Его Величеством обсудим некоторые детали. 
   Я еще раз поклонилась и, ухватив Мило за полу камзола, направилась к ближайшей картине. Ключ провернулся в нарисованной скважине, дверь с натужным скрипом отворилась, открывая нашим взорам Малахитовый коридор на седьмом ярусе. Вытолкав замешкавшегося ученичка за порог, я осторожно вернула картину на место, отсекая звуки Церемониального зала. Ни к чему нам пока знать детали переговоров... К тому же Ее Величество Тирле завтра сообщит мне все действительно необходимое. 
   - А нам точно следовало уйти? - поинтересовался Мило, недоверчиво ощупывая картину, на которой и следа двери не было. 
   - Точно, точно, не волнуйся уж, - привычно встав на цыпочки, я ласково пригладила его волосы. - Запомни, главное в деле шута - вовремя уйти... Пока смысл шутки не дошел до тех, кого высмеиваешь. Залог долгой жизни, знаешь ли... Да и раз королева нас отослала, значит, так будет лучше. У этой женщины потрясающий нюх на неприятности, почти как у ее бабки, леди Карле Пророческий Сон. Ну, так та обучалась на прорицательницу до того, как встретила Его Величество Соло Янтарного. 
     - Раз вы так говорите... - он послушно кивнул, а потом опустился на одно колено, чтобы мне было удобнее гладить его. 
   У Мило были совершенно удивительные волосы: вроде бы и светлые, как солнце, а приглядись - и удивишься: да он пегий, как волк! Один волос рыжий, другой белый, а третий и вовсе золотой. И локоны такие мягкие, скользкие, как горный шелк, так и хочется запустить в них пальцы. Ах, когда мой мальчик вырастет, он определенно будет иметь успех при дворе! 
     - А что там получилось с покушением? Признаться, я проглядел половину... - ученик вопросительно посмотрел на меня снизу вверх. Так мил, так мил... И пользуется этим бессовестно! 
   - Позже, сейчас не хочу это обсуждать, - поморщилась я. - Дело свое мы сделали - на послов страху нагнали. Мол, если таков шут, то какова королева? А сейчас... 
   Я задумалась. Спать было определенно рано - время шло только к полуночи. Королева освободится нескоро, хорошо, если переговоры закончатся до рассвета... Балов сегодня нет, развлечений особых тоже... Разве что лорд Галло Топаз собирался устроить поэтический вечер имени себя. Куда ему в поэты, этому старому, толстому обормоту! А ведь все в менестрели метит. Нет, решено! 
   - Мило... - по моим губам расползлась проказливая ухмылка. - Как ты смотришь на то, чтобы сыграть небольшую шутку с лордом Галло? Заодно и потренируешься... 
   Авантюрин мечтательно улыбнулся. Ах, ну что за мальчик, прелесть! А, главное, сразу понимает, о чем я говорю... 
   - С величайшем удовольствием, госпожа. 
   Похоже, ночь будет долгой...